«Селу на помощь город руку подал...»

Это сейчас у нас во главу угла во всем ставят «эффективный менеджмент», а в эпоху существования СССР в стране был культ труда. Взять хотя бы такое традиционное в ту пору явление, как поездки «на картошку».

«Сидите, разлагаете молекулы на атомы, забыв, что разлагается картофель на полях», - красноречиво описал ситуацию в своей песне Владимир Высоцкий.

Итак, кто ездил в колхоз на сельхозработы? Сотрудники всевозможных предприятий, студенты и школьники. Почему и зачем? Потому что в период разгара полевых работ в колхозах не хватало рабочих рук и горожан просили подсобить. Называлось это «шефской помощью».

- Колхозы получали от райкомов установку на госплан, сколько и чего вырастить и сдать государству. Рабочих рук для прополки или сбора урожая не всегда хватало, и поэтому звали на помощь горожан активного возраста, - вспоминает липчанин-пенсионер Сергей Федоров, настоящий «ветеран» помощи селу.

Колхозная эпопея началась в жизни Сергея Витальевича еще в юности, в начале семидесятых годов прошлого века, когда он, едва поступив работать на Елецкий машиностроительный завод, был командирован в село Лебяжье Измалковского района. Работать в колхозе городским предстояло несколько недель.

- Меня и еще трех напарников определили на жительство к одной старушке. До сих пор помню, какие жуткие похлебки она нам варила, по-другому просто не умела! - вспоминает Сергей Федоров. - Отощали мы быстро. Спасало лишь парное молоко, которого нам выделяли вволю. А работали мы очень тяжело: уже ноябрь был, дожди, холод, а мы в грязи по колено ползаем, картошку выбираем...

Однажды Сергей Витальевич с товарищем решили приобщиться к местной культурной жизни и собрались вечером посетить сельский клуб. Вышли в сумерках. В принципе, сразу поняли, что напрасно приводили себя в порядок, могли бы и не бриться. На улице была чернейшая, просто египетская тьма. Шли ощупью, на звуки гармони. Вдруг напарник Сергей Витальевича как-то странно вскрикнул и потом откуда-то снизу донесся его звучный мат. Оказывается, в темноте он провалился в овраг.

Когда товарищ выбрался, верный друг обобрал с него репьи и приятели продолжили поиски клуба. И даже нашли его! Но уровень культуры там оказался так себе, все дамы были разобраны приезжими солдатами, поэтому напарники повернули обратно. Снова брели в темноте, пока не почувствовали подозрительный запах: на это раз их занесло на задворки животноводческой фермы, в самую гущу навоза. Утешил друзей местный самогонщик, философская натура. От него городские ушли с песнями, любя все и всех, даже полужидкие картофельные поля.

Чаще трудовые коллективы ездили в колхозы на работу одним днем. Естественно, делалось все это в принудительном порядке, увильнуть от резиновых сапог и тяпки могли лишь больные-хроники. Необходимость трудового подвига в поле люди воспринимали по-разному. Одни набивались в автобусы весело, всю дорогу давали песняка, а к концу работ припасали бутылочку, чтобы обратно было ехать еще веселее. Другие косоротились. Дескать, что такое, почему меня, аспиранта, выгоняют в чисто поле, на ветер и холод?

- Мне все впечатление от работы в колхозе навсегда испортил один случай, - говорит липчанин Семен Сидоренко. - Однажды нас, студентов, отправили загружать в какой-то сарай урожай капусты. Хорошие были кочаны, хоть на выставку! Налитые такие, сочные! Нам велели сложить в сарай — мы и сложили. Спустя месяц нас привезли в тот же колхоз, подвели к тому же сараю. И велели вытащить из этого сарая всю капусту для утилизации — она погнила! Потому что была сырая, когда мы ее складывали. И тогда я понял, что вся эта работа — не для пользы, а для «галочки».

По большому счету, так оно и было. Колхоз отчитывался перед райкомом о привлечении городских помощников, предприятия отчитывались о помощи колхозам и все имели хорошие показатели. Практической же пользы от смычки города с деревней было немного.

- Помню, как орал агроном, поняв, что первым делом мы набираем картошку себе, самую крупную, а в колхозные закрома ссыпаем все остальное, помельче, - ностальгирует липчанин Виктор Хромых. - А однажды мы сложили наши харчи в тенечке под деревьями и пошли свеклу полоть. А когда пришли, то увидели, что в месте схрона наших запасов пируют вороны и грачи! Они разодрали пакеты, выклевали вареные яйца и съели весь хлеб...

- Помню: лето, жара, и нас привезли тяпать свеклу в село Хитрово. А грядки длинные — за горизонт уходят, - рассказывает Семен Сидоренко. - После работы едем, остановились у небольшого прудика. А один из нас, Васька, поехал в те места впервые. И побежал купаться, срывая с себя все на ходу. Ну, мы ему: то осторожно Вася, а то там глубоко! Он разбежался, нырнул и — раз! - воткнулся почти перпендикулярно, ноги из воды торчат. В ил вошел! Достали его, а он весь черный, как Сатана, обтекает...

А вот бывший работник связи, пенсионер Евгений Иванов свой ратный труд в колхозе вспоминает с удовольствием. Да, убирать ледяные кочаны капусты в декабре в совхозе «Маяк» было не сладко. Зато из-за холода приходилось работать ударно, с огоньком. Вот так, спасаясь от простуды, Евгений нарубил капусты больше всех и был премирован на работе путевкой в город-герой Ленинград. Сейчас приятно вспомнить. Возможно, часть той капусты и сгнила по доброй советской традиции, но он этого не узнал, а экскурсию в колыбель революции запомнил на всю жизнь.

Сейчас традиция шефской помощи колхозам ушла в прошлое. Причина очевидна: где те колхозы? Где вообще та страна?..

Елена Фролова