Михаил Щербаков: «Если б не ввязался, потом бы жалел»

Погода и отопление

— Михаил Александрович, погода стоит прекрасная, и до средней температуры воздуха ниже +8 градусов, когда обычно начинается отопительный сезон, ещё далеко, но мэрия собирается включить отопление. Почему?

— Здесь вопрос даже не столько в погоде, сколько в том, что процесс охлаждения домов идёт всё равно. Если на улице каждый день будет средняя температура +12 градусов, то и в домах будут те же 12 градусов. С понедельника начнем поэтапный запуск тепла в квартиры (сегодня мэр запустил общегородское голосование о запуске отопительного сезона).

— Тем не менее по всему городу зияют раскопки. Складывается впечатление, что «РИР Энерго» не успеет завершить ремонты сетей к началу отопительного сезона. У мэра есть возможность заставить «дочку Росатома» качественно работать?

— Рычаги есть: мы можем обращаться в надзорные органы и опосредованно заставлять «РИР Энерго» работать. По раскопкам — действительно весь город перерыт. Я понимаю, это плохая история. Но перерыт он не потому, что никто ничего не делает, а потому что «РИР Энерго» в этом году постарались сделать максимум.

Бывает и так, что невозможно закончить раскопку за те пять или десять дней, на которые выдано разрешение. Потому что собираются заменить метр трубы, а по факту оказывается, что надо заменить тридцать метров и ещё тепловую камеру переделать. А тепловая камера — это уже конструктив, бетон. Там мы уходим на месяц сразу: бетон набирает прочность 27 суток. Сейчас мы готовим изменения в правила благоустройства, будем разделять раскопки по объёму. На какие-то останется десять дней на восстановление, на какие-то срок будет объективно увеличен для качественных работ.

Но проблема с восстановлением благоустройства есть — тут я с вами согласен. Но если бы мы не попытались сделать максимум летом, зиму было бы проходить тяжелее.

— В чём же трудность восстановления благоустройства?

— Основная проблема «РИР Энерго», в моём понимании, в том, что их подрядчик физически не справляется с объёмами — отсюда низкое качество работы. В этом году есть места, где асфальт переделывали по четыре раза! Подрядчик «РИР Энерго» его укладывает, мы заходим и заставляем переделывать. Потом асфальт опять просаживается, потому что подрядчик не уплотнил основание, опять выходим и опять заставляем переделать. При этом раздражение населения, весь негатив сваливается и на нас, и на энергетиков. Эту историю надо ломать, выстраивать по-другому. Я дал поручение МБУ «Благоустройство», нашей муниципальной структуре, включаться на договорных обязательствах с «РИР Энерго» в работу по восстановлению раскопок. Трубы варить мы не можем и неспособны — это не наш функционал. А благоустраивать можем спокойно, качественно и один раз. Надеюсь, все раскопки будут закрыты до зимы.

«Проклятые места»



— Вы сказали о местах, где приходилось несколько раз переделывать благоустройство, но есть в городе и места, где раскопки ведутся постоянно, — например, улицу Крайнюю ресурсники с прошлой осени разрывали трижды! Есть ли возможность все такие «проклятые места» привести в порядок раз и навсегда?

— У нас одно из «проклятых мест», кроме улицы Крайней, было по канализации в микрорайоне «Европейский». Я туда выезжал, встречался с жителями: там постоянно затапливало подвалы домов, постоянно забивался колодец. Мы своими силами чистили сети, так как они находятся в конкурсной массе процесса банкротства бывшего застройщика — в общем, сложная история. В последний раз, когда залило подвал и забились сети канализации, пришлось включиться и заставить не просто промыть, а найти причину. Нашли. В одном из колодцев лежал так называемый «телевизор» от машины — часть металлической конструкции автомобиля. Она и была причиной длительного эпизодического засорения. Вытащили. Прошло два с лишним месяца — ни одного случая.

— Всё-таки проблему с этими «проклятыми местами» можно решить комплексно или каждое из них — частный случай?

— С «проклятыми местами» мы стараемся. У нас есть примеры, когда заходит «РВК» или «РИР Энерго» — неважно, — видят: сеть порвана в одном месте, но она вся в таком состоянии, что если закопать, через полгода, а то и месяц снова прорвётся. Там мы стараемся совместно с сетевиками решать вопрос комплексно. Был пример на Первомайской, 55: вышли, посмотрели, в одном месте устранили — труба тут же в другом прорвалась. Пришлось менять весь комплекс сетей теплоснабжения, подводящих к дому. Так же как на перекрёстке улиц Гагарина и Шкатова — три раза переделывали. Но хотя бы открыли проезд.

Когда перестанут копать



— В городе уже несколько лет ведётся масштабная модернизация сетей, но порывов меньше не становится. В чём причина?

— С 1954 года, когда Липецк стал столицей области, в городе ежегодно строилось по пятьдесят–сто километров сетей в год. Соответственно, сейчас эти сети выпадают таким же большим объёмом. Например, в этом году мы заменили 11 километров тепловых сетей. А по-хорошему, чтобы выйти на плато системной работы, нам надо менять 70–80 километров сетей в год. Только тогда порывов будет системно становиться меньше.

— А хватит ли нынешних коммунальных тарифов, чтобы выйти на такую динамику?

— Тарифы не всегда позволяют выйти на полноценную историю с заменой и восстановлением сетей. Октябрьское повышение немного выровняет ситуацию, но мы в любом случае по тарифам не лидеры, хотя в верхней части по ЦФО находимся. В целом по стране где-то в середине. Есть регионы, где меньше, но это зачастую города, которые не развивались так активно, и там нет такого активного выпадения сетей из эксплуатации. Поэтому вопрос балансирующий.

— За ваше время работы в федеральной госструктуре (до возвращения в Липецк Михаил Щербаков работал в «Росатоме» прим. ред.) вы наблюдали в других регионах и городах примеры комплексных решений, которые можно применить у нас?

— На сегодня ничего нового в других городах я не увидел. В любом случае это везде концессии. У нас она есть с Росводоканалом. Здесь мы с ними системно ведём работу, чтобы ситуация улучшилась в сфере водоснабжения и водоотведения. Вы знаете, что реконструкция очистных сооружений находится в работе. Это хороший правильный шаг. Проблема будет снята на многие годы вперёд. Плюс мы со своей стороны и правительство Липецкой области инвестируем деньги в строительство новых коллекторов. Сейчас начали работы по новому дюкерному переходу под рекой Воронеж — первый этап дюкера канализационного коллектора 900-го диаметра. Это тоже инвестиции в будущее. Тем более он чугунный по проекту, а чугун может лежать сто и больше лет.

— Ремонт канализации в районе памятника Танкистам тоже можно отнести к таким проектам на опережение?

— Это решение было непопулярным — со мной практически никто не соглашался: одновременно пришлось начать работы на Октябрьском мосту и перекрыть улицу Механизаторов. У меня были тяжёлые переговоры с Новолипецким металлургическим комбинатом, потому что мы запирали левый берег. Представители ГИБДД были против, боялись, что город встанет на целый месяц. Мы с ребятами посчитали, посмотрели: если это не сделать сегодня, то получим очень большие риски в зиму и по коллектору, и по теплу на Механизаторах. Что-то одно выбирать было нельзя. Посмотрели, постарались развести потоки, организовали дорожное движение. Пробки были? Да, были. Где-то до двадцати минут — мы мониторили их каждый день. Негатива добавили и очереди к заправкам — они занимали целую полосу. В таких условиях нам удалось эту историю пережить достаточно спокойно. Но это был форс-мажор. В будущем мы постараемся избежать таких ситуаций.

Люди должны понимать, за что платят



— В сентябре GOROD48 узнал, что к отопительному сезону подготовились без претензий со стороны департамента ЖКХ лишь 19 управляющих компаний из 92. Остальные не успели промыть системы отопления в обслуживаемых домах. Проведена ли работа над этими ошибками?

— На сегодня картина обратная: у нас остались претензии только к девяти управляющим компаниям. У четырёх из них уже отозвана лицензия. С остальными ведём индивидуальную работу. Они сейчас осуществляют промывку там, где её возможно осуществить. У нас есть дома, в которые система отопления просто подходит под полом, там нет теплового узла. Здесь мы отдельно с ними договариваемся, чтобы они через колодец ближайший смогли включаться в систему и промывать. По тем домам, у управляющих компаний которых мы отозвали лицензию, проводится выбор новых, и параллельно назначается временная управляющая компания, которая реализует эти полномочия. К середине ноября мы планируем получить паспорт готовности города к отопительному сезону.

— Кстати, о конкурсных управляющих компаниях. Чаще всего их работа оставляет желать лучшего. Жильцы обслуживаемых ими домов говорят: «Да пусть тариф поднимут чуть-чуть, но что-то делают», а они ничего не делают. Есть ли смысл вернуться к непопулярному в своё время решению о создании муниципальной управляющей компании?

— Сняли с языка! Мысли есть. Я их пока не сформировал. Я же в Москве жил, и там есть ГБУ «Жилищник», которое охватывает 90% города. У них те же проблемы: новые дома часто формируют свою управляющую компанию, а ГБУ достаётся весь старый жилищный фонд, который тяжело обслуживать, но при этом там есть реальное понимание управления этой структуры. Чего не хватает нашим управляющим компаниям? Конечно, повышения тарифа. Старый дом не может дёшево обслуживаться, иначе он будет стареть быстрее, чем предусмотрено нормативной документацией. Поэтому департамент ЖКХ сейчас к каждому дому подходит с системной разработкой тарифа. Да, у нас много управляющих компаний, которые вцепились в такие дома, имея тариф 12, 17 рублей за квадратный метр, и ничего не делают за эти деньги. Это беда наша. Конечно же, тариф должен быть экономически обоснован, тариф должен быть комфортен для людей, но за него должны что-то делать. Люди вообще должны понимать, за что платят.

И вопрос собираемости тарифа тоже есть, но вы знаете, если посмотреть на эту историю изнутри, то она не такая проблемная: по той же МУП «Теплосеть» собираемость по тарифу на сегодня составляет 97%.

А его повышение позволит платить достойную зарплату работникам ЖЭКов, чтобы они могли жить, а не существовать, сводя концы с концами. Когда жил в Москве, я своего дворника знал по имени, знал, где его найти во дворе. И в царской России, вы вспомните, дворник был уважаемый человек. Я хочу, чтобы у нас было также — чтобы работника коммунальной структуры начали уважать.

Кадры решают

— Рабочих рук хватает для решения городских проблем?

— Профессионалов осталось мало. Это системная проблема. Для примера — улица Студёновская, которую нам пришлось неожиданно раскопать, потому что подрядчик «РВК», который просто перекладывал водопровод, пробил сам же трубу «РВК». Сам себе. А пробил почему? Потому что профессионалов мало осталось. Казалось бы, горизонтальное направленное бурение, всё управляется — и пробили свою же канализацию. Что с этим сделаешь? Человеческий фактор.

— Готовы ли вы к кадровым решениям по членам команды, доставшейся вам от предыдущих мэров?

— Действительно, команда разношёрстная, некоторые ещё с Михаилом Гулевским начинали, однако цели её заменить у меня нет, но только при условии, что команда работает честно, прозрачно, с полной отдачей. Если же меня пытаются обмануть, эта история обычно не проходит. Вот на этой неделе нас покинул директор МБУ «Благоустройство» именно за то, что пытался выставить свою работу так, что они делают больше или лучше, чем все остальные, а на самом деле это был обман. Соответственно, ему пришлось написать заявление об уходе, там сейчас назначен исполняющий обязанности.

— У вас семь заместителей, а ведь ещё должен быть первый, такая позиция вписана в новый Устав Липецка. Есть ли кандидат на эту должность? И зачем вновь появилась должность управделами? Со времён Михаила Гулевского её дважды убирали за архаичностью, но вновь возвращали.

— Пока насчёт первого зама я думаю, смотрю на своих заместителей. Управление делами возглавила Татьяна Никитина, до недавнего времени она руководила нашим правовым управлением. Но если уж говорить по кадрам, то появление управделами — только первый шаг. У нас будет большая оптимизация, сократится и количество моих замов, и, в общем, вся структура администрации будет системно перестраиваться. Тут две цели: первая — это сокращение расходов бюджета; вторая — повышение зарплаты работающим сотрудникам. Архаизм не архаизм, можно много рассуждать, но я для себя эту систему выстроил. Раскрывать вам сейчас её не буду. Мы уже заходим в не всегда простой, иногда для кого-то болезненный процесс оптимизации, надеюсь, к середине 2027 года его завершить. Структура будет меньше, но работоспособная. Многие думают, что в Москве люди просто получают большую зарплату. Но всё совершенно не так. Для того чтобы получать зарплату, там надо пахать 24/7. Там нет того, что кто-то ушёл в пять вечера или в шесть вечера домой, там многие пашут прямо очень плотно и до вечера. И в Москве вся жизнь чиновника: кровать — работа — кровать — работа.

— А как это будет соотноситься с Трудовым кодексом, и смогут ли люди работать в таком режиме постоянно?

— Трудовому кодексу это всё соответствует, если вы выполняете свою работу вовремя, в срок. Но если хочешь добиться большего, ты будешь делать сам больше, потому что это надо тебе лично. Вот что мне важно добиться от людей — чтобы они хотели делать больше, чтобы они хотели сделать город лучше, чтобы не подходили формально, как это зачастую делают некоторые чиновники. Пять минут назад мы разбирали пример: горожанин жаловался, что в его доме нет воды, а провести её за свой счёт он не может. Коллеги подошли формально, подготовили мне проект ответа. А у меня возникли вопросы: «Вы разобрались? Если он нуждающийся, мы же можем оказать содействие, помочь? Привести «РВК», написать заявление вместе с ним, помочь ему сделать. Он просто не знает, куда идти». Не все готовы и настроены на такую работу. Она займёт больше времени. И когда мы научимся это делать, вот тогда у нас всё будет хорошо.

— В следующем году бюджет города явно похудеет. На чём будете экономить?

— Опять же за счёт оптимизации структуры администрации мы сможем снизить свои расходы. При этом сконцентрируемся на защищённых статьях бюджета и на тех мероприятиях, которые нам необходимо делать. У нас куча проблем с домами аварийными, у нас куча домов с угрозой обрушения, у нас есть судебные решения, которые надо исполнять. Вместе с тем инвестиционную часть мы всё равно не бросим, у нас есть наболевшие проблемы, и жители ко мне с ними приходят. Я понимаю, что мы за год их не решим, но подходить к ним системно мы обязаны. Если мы сегодня не можем кому-то сделать дорогу, а она нужна, сделаем временную отсыпку. Если мы должны уже зайти туда с нормальной полноценной проезжей частью — разбиваем её обустройство на несколько этапов: проектируем, потом строим, дальше проектируем, строим и так далее, чтобы условно в пятилетку — в мою, как советскую пятилетку, — добиться результата, чтоб было что сказать людям. Вот что важно.

— Последний вопрос. Не жалеете, что ввязались в эту авантюру?

— Здесь можно сказать однозначно: я бы точно жалел, если бы мне предложили возглавить родной город, а я испугался и отказался. Даже в таких тяжелейших условиях, в которых бюджет города находится сегодня, знаю точно, что делаю максимум и требую этого от своей команды.