«Выручка растет, прибыль падает»: бизнес-омбудсмен рассказал GOROD48 о главных страхах бизнеса

В Липецке закрылась кондитерская фабрика «Слада», или «Моя Слада», как она стала называться пару лет назад. Родившаяся в «лихие 90-е», компания прекратила существование из-за экономических проблем. Если читать бизнес-новости, то становится понятно, что предпринимательское сообщество переживает глубокий кризис. Экономическая ситуация в России хуже, чем прогнозировали Министерство экономики и Центробанк, о чем в эту среду заявил президент страны. «Жду предложений по дополнительным мерам, направленным на возобновление роста отечественной экономики, на поддержку деловых инициатив», — обратился Владимир Путин к министрам.

А как в целом обстоят дела с бизнесом у нас? GOROD48 поговорил на эту тему с уполномоченным по защите прав предпринимателей в Липецкой области Евгением Боровских.

— Евгений Вячеславович, какова сейчас экономическая «температура по госпиталю»?

— Мы видим разнонаправленную динамику. У металлургов и строителей сложности из-за высокой ключевой ставки Центробанка. Позитив демонстрируют сельское хозяйство, розничная торговля, общепит, производство электрооборудования и полиграфия. Но в целом ситуация не радужная.

— Главный удар по малому бизнесу нанесли изменения по НДС?

— Да, и это история не столько про сам налог. В 2024 году изменили Налоговый кодекс, обещали какое-то время ничего больше не менять. Но уже в октябре 2025 года было заявлено, что с 1 января порог выручки для уплаты НДС для бизнеса на упрощенной системе налогообложения снизят с 60 миллионов до 10 миллионов рублей. Мы, соответственно, начинаем писать письма председателю правительства, председателю Госдумы, председателю Совета Федерации. Отчасти нас услышали. В ноябре после острой критики этого предложения законодатель смягчил политику. С 1 января малый бизнес не платит НДС, если его годовой доход не превышает 20 миллионов рублей, в следующем году этот порог снизят до 15, в 2028-м — до 10 миллионов.

Но что такое 10 миллионов выручки в год? Это 833 тысячи рублей в месяц. Столько приносит киоск с шаурмой. Рентабельность малого бизнеса — 10–20%. Ну, возьмем средние 15%. Чистая прибыль предпринимателя — около 120 тысяч рублей в месяц (он ведь работает ради прибыли, а не на зарплату). С этой суммы он отдаст 42 тысячи налогов и получит на руки 78 тысяч. Это уже повод закрыть киоск и уйти в найм с той же, а то большей зарплатой, но без головной боли.

— По этому поводу поделюсь такой историей. В октябре 2025 года я ездил в Минск и слышал в поезде разговор смоленских бизнесменов. Один спросил другого, что тот будет делать, когда начнут брать НДС с 10 миллионов? Тот ответил, что 10 миллионов выручки в год — это разговор ни о чем. Чтобы получить 10 миллионов, говорит, буду делать свистки из глины и продавать на базаре. А его собеседник сказал, что продаст бизнес и выйдет в кэш. Второй ответил ему: «Легче застрелиться, чем работать в таких условиях».

— Дело даже не в ставке НДС в 22% и не в самом налоге. Проблема в бухгалтерах. Упрощенцев вели по схеме «доходы»: посчитал оборот, заплатил 6%. Часто даже не было подтверждающих документов. А с НДС нужна совершенно иная квалификация. Ассоциация бухгалтеров и аудиторов говорит: у нас нет столько кадров, чтобы обеспечить всю эту армию новых плательщиков.

— Какие еще факторы ударили по бизнесу?

— Во-первых, высокие ставки по кредитам. С них, наверное, и нужно было начинать разговор. Из-за них возник кризис расчетов между контрагентами. Это особенно касается строительного бизнеса. Ко мне приходили субподрядчики, которым перестали платить заказчики. При текущих ставках бизнесу выгоднее заплатить штраф за срыв договора, а средства положить на депозит.

Ключевая ставка ЦБ — 15%, коммерческие банки кредитуют под гораздо больший процент (когда готовился этот материал, ЦБ снизил ставку до 14,5% годовых. — Прим. GOROD48). В прошлом году предприниматель продлевал овердрафт по карте на 4 миллиона рублей. Рассрочку на три года ему дали под 46% и 53% годовых. «Плачу, а что делать?» — сказал он. Высокая ключевая ставка резко сократила возможность привлекать кредиты для оборотных средств и для инвестиций. Портфели заказов упали.



Еще один неприятный фактор — штрафы. Некоторые выросли кратно: было 20 тысяч рублей — стало 200 тысяч, к примеру. Сейчас есть инициативы от предпринимательских сообществ ограничиться предупреждением за первое нарушение.

Третий фактор — высокие ставки арендной платы за землю. В некоторых случаях аренда выросла в 12 раз. Но все эти четыре истории — про ставки по кредитам, про рост НДС, про увеличение штрафов, про кадастр — наложились друг на друга, потому что случились в один год. А еще рост коммунальных тарифов, общий рост цен.

— Каким было ваше главное опасение?

— Что бизнес начнет массово закрываться и уходить в кэш. Это та история, которую вы слышали в поезде. Зачем биться за 15% рентабельности производства при всех рисках, если проще вывести деньги в наличку и положить в банк под 21–25% годовых?

— Евгений Вячеславович, на прошлой сессии облсовета вы рассказывали об условиях предпринимательской деятельности в регионе. Насколько я знаю, вы провели в прошлом году опрос предпринимателей. Кто в нем участвовал и насколько репрезентативна эта выборка?

— Мы охватили бизнес, объединения предпринимателей, а также бизнес в районах области — вопросы в таком случае мы отправляли органам местного самоуправления. В опросе участвовал 581 респондент. Если говорить о Липецке, то это был каждый десятый 10-й предприниматель.

Мы начали опрос с вопроса «Как изменилась выручка?», ведь это — первый индикатор здоровья рынка. Оказалось, что у 36% она осталась на прежнем уровне, а у 35% даже выросла. Но вот с показателем «чистая прибыль» картина другая. Лишь 28% отметили ее рост. Получается, что выручка растет, а чистая прибыль падает. О чем это говорит? Либо у бизнеса взлетели расходы, либо выросла фискальная нагрузка. Рентабельность бизнеса объективно снизилась.

Отдельная боль — кредиты. 57% респондентов сообщили, что в 2025 году не привлекали заемных средств. В банки обращались 23% участников опроса, а 12,6% выкручивались за счет своих накоплений или партнерских средств. Такую ситуацию нельзя назвать здоровой для экономики, ведь без кредитов резко сокращаются темпы развития. Для меня печально, что мерами государственной поддержки пользовались лишь 7,9% опрошенных, а еще 11,7% хотели бы их получить, но с этим у них не сложилось. Но в целом 53,7% предпринимателей продолжают инвестировать в развитие бизнеса, и это — хороший знак.

— Какие негативные факторы чаще всего называл опрошенные?

— Рост налоговых платежей указали почти 25%. Далее — рост коммунальных тарифов (20%). Появилась и новая проблема: периодическое отсутствие стабильного интернета и блокировки соцсетей, которые используются в предпринимательской деятельности. На это пожаловались 9,4%. А на дефицит рабочей силы, кстати, как на негативный фактор обратили внимание 9% участников опроса.

— Как предприниматели ведут себя с персоналом? Сокращают или держатся за людей?

— Людей стараются беречь. Почти 50% респондентов не меняли численность сотрудников. Еще 13,6% незначительно увеличили штат. Значительно сократили число сотрудников только 8,5%. Сокращая издержки, работодатели или сокращают штаты, или переводят сотрудников на неполный день или неполную неделю. Людей не убирают и не создают условий, чтобы они сами уходили. Но реальную безработицу сейчас очень сложно посчитать.

— А что с зарплатами персоналу?

— Зарплата осталась на уровне прошлого года у 25%. А 70% опрошенных заявили, что повысили зарплаты сотрудникам.

— Какую для себя стратегию на 2026 год выбрали участники опроса?

— В целом опрос показал, что 54,5% назвали условия ведения бизнеса в Липецкой области однозначно благоприятными или скорее благоприятными. Не смогли ответить на этот вопрос 20,7%. 5,5% выбрали из предложенных вариантов «закрою полностью», еще 6,5% решили сократить бизнес, а 5,6% выбрали вариант «открою новое направление».

— Вы ожидали более пессимистичных данных?

— Честно говоря, думал, что будет хуже. Опрос анонимный, некоторые опрошенные писали даже матом про негативные факторы, влияющие на бизнес. Ситуация действительно непростая: за последний год на малый бизнес свалилось слишком много сложных вещей.

— А что показал первый квартал этого года?

— Вот официальные данные на 31 марта: общее число хозяйствующих субъектов, с учетом индивидуальных предпринимателей, выросло с 45 739 до 45 865. Кстати, малый бизнес — это 42 тысячи хозсубъектов от числа всех юридических лиц и ИП в регионе. Конечно, крупные предприятия дают львиную долю доходов в бюджет, но малый и средний бизнес уже дали 23% доходов в бюджет 2025 года, показав рост к 2024-му.На этот процесс повлияло то, что малый бизнес переходит в ИП — там и штрафы меньше, и налогообложение проще. Также очевидно кто-то прибегает к дроблению бизнеса, хотя сейчас это очень рискованно из-за умения налоговиков вскрывать такие схемы.

— Каков ваш главный вывод? Бизнес на грани схлопывания или нет?

— Нет. Ситуация не «все пропало». Мы не стоим на краю обрыва. Да, в 2025 году оборот организаций региона упал на 5,4% к уровню 2024 года. Но сельское хозяйство, оборонные предприятия показывают рост. Растут розничная торговля и общепит. Моя задача как омбудсмена сейчас — держать бизнес за руку, быть рядом, чтобы не дойти до точки невозврата. Факты таковы, что есть плюсы и минусы, но предпринимательское сообщество демонстрирует сдержанный оптимизм.

— Спасибо за разговор, Евгений Вячеславович.