Без него его делили: сын погибшего участника СВО заявил о фиктивном браке отца

19 января мы рассказали не совсем обычную житейскую историю: две сестры и брат пропавшего без вести на СВО 45-летнего военнослужащего добились признания его брака недействительным. Их брат женился на 49-летней жительнице Орловской области всего за день до подписания контракта с Минобороны. При этом об обстоятельствах знакомства мужчины и женщины было неизвестно ни его друзьям, ни близким. Совместного быта и общих детей у супругов не было. До пропажи сам военнослужащий хотел расторгнуть брак: в сборе и подготовке документов на развод ему помогал сослуживец. Закончили дело брат и сестры пропавшего без вести: с помощью прокуратуры им удалось доказать, что 49-летняя женщина специально нашла себе выгодную партию исключительно ради получения выплат.

После этой публикации оказалось, что таких историй — пруд пруди! Пропавших без вести и погибших участников СВО регулярно «делят» их кровные родственники и новые жёны.

22 января в редакцию GOROD48 обратился 33-летний Евгений Юров. До нас он куда только не обращался — в полицию, в прокуратуру и даже в администрацию президента  — из нее обращение было перенаправлено в Главную военную прокуратуру и Министерство обороны России. Все эти инстанции Евгений просит подать заявление в суд о признании брака его погибшего отца фиктивным и об аннулировании актовой записи, и привлечь к установленной законом ответственности лицо, пытающееся похитить выплаты участника СВО.



Суть жалобы 33-летнего липчанина — он считает, что его погибший 58-летний отец Александр Юров незадолго до ухода на СВО заключил фиктивный брак. И теперь именно мачеха может рассчитывать на все положенные выплаты, с чем Евгений категорически не согласен.

Евгений Юров рассказал, что после сентября 2024 года связь с отцом прекратилась и у него, и у других родственников. А потом сыну стало известно, что отец подписал контракт и ушел стрелком на СВО, где 15 января 2025 года пропал без вести. А в ходе беседы с сотрудником военкомата ещё и выяснилось, что у отца есть 52-летняя жена Татьяна, с которой он заключил брак в Отделе ЗАГС Липецкого района примерно за два месяца до гибели — 15 октября 2024 года.

— Однако на этой регистрации никто из родственников не был, отец о свадьбе никому не говорил. Соседи моего отца тоже её не знают. Фамилию после замужества Татьяна не поменяла. Вместе с моим отцом на протяжении десяти лет до мая 2024 года жил его неродной сын Руслан от предыдущего брака, который также сообщил, что у отца не было жены, когда он проживал вместе с ним, а так же не было женщины, с которой он встречался или тем более жил. Но в военкомате Татьяна утверждала, что является единственным близким родственником погибшего! По моим данным, с отцом общего хозяйства они не вели, вместе не проживали, семейных отношений не было. После регистрации брака мой отец сразу же заключил контракт с Министерством обороны и ушёл на СВО. Считаю, что у Татьяны отсутствовало намерение создать семью, брак был заключен фиктивно с целью получения выплат за погибшего! 15 октября заключен брак, отец сразу уходит на СВО, а спустя три месяца — 15 января 2025 пропадает без вести. В декабре 2025 года мне позвонили из военкомата и сообщили, что мой отец погиб и его тело доставлено для захоронения. Супруга Татьяна на похоронах не присутствовала, их организацией не занималась. Также считаю необходимым обратить внимание на то, что отец не носил обручального кольца, при этом он носил кольцо «Спаси и сохрани» на другой руке. На мой взгляд, всё это свидетельствует о фиктивности брака, — рассказал GOROD48 сын погибшего.

Со слов Евгения Юрова, никаких контактов вдовы Татьяны у него нет. Но журналист GOROD48 почему-то сразу нашёл телефон женщины в извещении из войсковой части о том, что Александр Юров считается пропавшим без вести — причём фотографию этого документа передал нам сам сын.



В этом извещении врио командира части просит военного комиссара Липецкого района сообщить о пропаже рядового — старшего стрелка мотострелкового отделения Юрова без вести как раз его супруге Татьяне и указан её сотовый телефон. И мы по нему сразу дозвонились.

Татьяна охотно пошла на разговор. Но попросила не указывать её фамилию.

— Всё было обоюдно и по любви. До росписи мы с Александром год жили в гражданском браке. Познакомились в автобусе — он предложил мне помочь донести сумки с продуктами до дома. И закрутилось: мне 52, ему было 57, у него жены нет, дети жили отдельно, у меня муж умер. С сыном Евгением мой покойный муж вообще не общался, c его слов, c 2020 года. Евгений не знал, где живёт отец и что он кушает, он годами не слышал его голоса, а я этого сына вообще в глаза не видела! Евгению была не интересна жизнь отца, пока он не погиб на СВО и дело не дошло до выплат. Он не звонил, не беспокоился, не писал с 2020 года! Насколько мне известно, там был какой-то конфликт. Были какие-то паи, деньги, и отец чуть ли не обвинял сына в присвоении полумиллиона… Якобы из-за этого Евгений даже номер телефона поменял — они вообще никогда не созванивались при мне. Поэтому мы и не знаем друг друга. Почему я не была на похоронах мужа? Меня никто о них не известил! Александр пропал без вести в январе 2025 года, а его привезли и похоронили только в декабре в тайне от меня! Об этом я узнала буквально на днях в военкомате. После этого меня два дня трясло! Как можно не сказать жене о похоронах? Это всё из-за денег! С тех пор, как муж пропал без вести, я его искала. Посылала везде запросы и документы — в часть, в госпитали, в военную прокуратуру. Звонила даже в часть. У меня и ответы есть (один ответ от 30 апреля 2025 года женщина прислала в редакцию вместе с фотографией мужа с первых дней участия в СВО — GOROD48). А вот фотографий совместных не сохранилось — все были в телефоне, а он сломался. Наш брак — никакой не фиктивный, а самый настоящий. И расписали нас не сразу — подали документы в ЗАГС, долго ждали этого события. Я была в нарядном вечернем платье. А ещё до замужества со мной жил сын — он принял этот брак в штыки, как измену его отцу, хотя я 10 лет растила сына без мужа. Сын после этого уехал жить к бабушке — так сильно на меня обиделся. Всё это Евгений затеял из-за денег! Что же делать? Пойду в церковь, а его прокляну! Не нужен был отец, а выплаты нужны! Откуда он может вообще что-то знать про него? Мы с мужем жили у меня на Новолипецке. У него жить было невозможно: всё было захламлено, газа, света и воды не было — всё отключено… — Рассказала свою историю Татьяна.

Почему через месяц после свадьбы её муж решил уйти на СВО? Женщина говорит, это дело случая. Тем более что прожили вместе они к этому времени уже больше года. С её слов, Александр встретил друга, который уже третий раз собирался на СВО. За время службы его материальное состояние сильно улучшилось: купил квартиру, машину. Вот Александр тоже и загорелся этой идеей и даже с женой не посоветовался — подписал контракт и поставил перед фактом.

В подтверждение своих слов Татьяна прислала в редакцию ответ на ее обращение о розыске пропавшего без вести и фотографию мужа с комментарием «Такой фотки не уково кроме меня нет» (орфография автора сохранена). Но как это не странно — точно таким же фото на фоне документа из военкомата поделился с нами и сын Евгений…





Кто прав и кто виноват в этой истории — решать не нам. Но таких случаев, когда делят погибших участников СВО, всё больше и больше. Например, летом прошлого года в Тербунском округе также был удовлетворён иск к местной жительнице о признании брака с погибшим участником СВО недействительным. История была ещё более закрученной. В 2016 году житель Воронежа отбывал наказание в исправительной колонии и вступил в фиктивный брак для проведения длительных свиданий. Невесте он пообещал, что поможет получить регистрацию в областном центре и обеспечит её проживание. Намерений создавать семью у них не было. А 16 декабря 2024 мужчина погиб в Белгородской области в ходе специальной военной операции. Его жена обратилась в военный комиссариат за получением выплат. Но заподозрили неладное: начисление выплат было приостановлено до вынесения решения суда. Были допрошены сестра, дядя, друзья и даже сокамерники погибшего, исследованы письменные доказательства и брак признан недействительным.