Кто выключит горящие конфорки в доме без хозяев?

Житель села Желтые Пески Александр рассказал GOROD48 странную историю: в опустевшем доме его соседей работает газовая плита. При этом все попытки Александра достучатся до экстренных служб к успеху не привели.

— Две недели назад я вернулся из больницы, в которой провел больше двух месяцев, и заметил через окно, что в соседнем доме, на улице Ленина, 129, горят две конфорки газовой плиты. Подумал, ладно, может, хозяин греется. Но газ горит постоянно! Я знаю, что в доме никто не живет, и мне страшно за свою жизнь. Ведь если одна конфорка погаснет или ее задует ветром — а какие ветра дули в эти выходные! — то газ может накопится в доме и взорваться!

Александр пересказал нам историю, с которой он сегодня с утра обзванивал экстренные службы вплоть до «скорой», ведь в доме, возможно, кто-то умер. Она кажется невероятной.

Итак, в кирпичном доме 50-х годов постройки жила семья: старики-родители и двое взрослых сыновей. Старший ушел на СВО из колонии и этим летом погиб. От переживаний тут же умер его отец. Похоронив сына и мужа, умерла и хозяйка дома. Ее тело три месяца пролежало в морге, пока не нашлись какие-то дальние родственники, которые похоронили женщину. О том, где находится младший сын жителям села ничего не известно, говорят, что он пропал — с документами и выплатой за погибшего брата.

— Никто на нашей улице не знает где он и что с ним. Все те две недели, что я вернулся из больницы, в соседний дом никто не заходил, и никто из него не выходил. На снегу нет никаких следов. Я периодически стучу безответно в двери. Что мне еще делать? Поэтому я и решил сообщить во все инстанции о горящем в доме газе, — говорит Александр.

На его сообщение отреагировали только в «скорой». Бригада медиков приехала к дому, но что она могла сделать в таком случае? Развернуться и уехать.

Мы осмотрели с участка Александра дом его соседей и в окна кухни действительно увидели две горящие конфорки. А может, в доме есть и обогревательный котел? А может, включен и он?



При нас Александру перезвонили из какой-то экстренной службы. Звонивший представился дежурным, но не назвал свое имя. Он лишь сказал, что его ведомство не имеет права вскрывать двери чужого жилища. Сказал, что нужно дождаться полицейских. Тут же приехал и сотрудник полиции, но не участковый, а почему-то оперативник. И заявил, что приехал отобрать заявление о пропаже денег, которые причитались на похороны участника СВО. Александр развел руками: видимо случилось недоразумение — позвонив в полицию, он лишь рассказал о том, что говорят в селе об исчезновении младшего сына его соседей. Но его предупредили об ответственности за ложный донос и увели в его дом для дачи объяснений.



В департаменте развития территории нам сообщили, что в рамках имеющихся полномочий ведомство передало обращение Александра в ЕДДС.

Все. Круг замкнулся.