За убийство военного полицейского 63-летний житель Липецкой области получил 20 лет заключения

Сегодня судья липецкого областного суда Наталья Злобина огласила приговор по громкому уголовному делу 63-летнего жителя Чаплыгинского района Алексея Зайцева, который 19 марта застрелил военного полицейского, когда тот пытался задержать его сына-дезертира.  

63-летний Алексей Зайцев обвинялся по нескольким статьям Уголовного кодекса: по ч.1 ст.222, ч.1 ст.222.1, ст. 317, ч.1 ст. 318. Жителю деревни Щербинино инкриминировали посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, угрозу применения насилия в отношении представителей власти, незаконное хранение боеприпасов и взрывчатых веществ — при обыске дома Зайцева были обнаружены 300 граммов пороха и два десятка патронов к пистолету и ружьям.



Фабула обвинения выглядит так.

19 марта наряд военной полиции приехал к дому Алексея Зайцева в деревне Щербинино, чтобы задержать его 35-летнего сына Алексея, самовольно покинувшего воинскую часть. Зайцев-старший выстрелил в спину одного из полицейских из охотничьего ружья. От полученного ранения 40-летний Борис Хавлин скончался на месте.

Из пояснений двух участников тех событий — инспектора гарнизонно-патрульной службы Липецкого гарнизона сержанта Александра Красникова и начальника отделения дознания военной комендатуры Липецкого гарнизона капитана Александра Бурмистрова — следует, что к трагедии могла привела серия случайностей.


В первый раз для розыска 35-летнего беглеца из зоны СВО Алексея Зайцева к дому на улице Зеленой, 8 в деревне Щербинино группа в составе Александра Красникова и двух военных полицейских приехала 18 марта. Но дом военные, экипированные по всем стандартам, в форме и знаками отличия, не вошли — Алексей Зайцев обматерил полицейских и даже пригрозил застрелить их и взорвать, если они не уйдут.

Красников сообщил суду, что получил указание возвращаться на базу. Оказалось, с собой в такие рейды военная полиция берет лишь спецсредства: наручники, дубинку, электрошокер.

19 марта Александр Красников возглавил новую экспедицию в Щербинино. С ним на этот раз поехали два других военных полицейских — Борис Хавлин и Александр Бурмистров. Помня об угрозах, они заехали в Чаплыгинский отдел полиции за силовой поддержкой. Там сказали, что у Зайцева-старшего может быть оружие. Поэтому на своей машине с ними поехали два вооруженные табельным оружием сотрудника полиции. Но за несколько километров до Щербинино их автомобиль завяз в раскисшей грунтовой дороге.

Александр Красников сказал, что они решили ехать дальше сами, опасаясь, что если их машину и застрявшую в грязи полицейскую заметят, то об этом кто-то сообщит Зайцевым и дезертир сбежит еще раз. Оружия у военных полицейских не было, только спецсредства: дубинки, газовые баллончики, наручники.

Зайцев-старший встретил непрошеных гостей в штыки. Он опять обматерил военных, и угрожал всех перестрелять. Расхрабрившись, пожилой крепкий мужчина стал угрожающе размахивать руками, толкаться, поэтому Красников и Хавлин схватили его за запястья и обездвижили. Тем временем Бурмистров поднялся на крыльцо, открыл двери в сени и увидел пожилую женщину, которая стала крыть его матом. И тут же из-за ее спины показался молодой мужчина с ружьем в руках. Он направил ствол на офицера, велел уходить из дома и со двора.

Зайцев-младший велел военным отпустить отца, а потом передал ружье ему в руки. Зайцев-старший изготовился к стрельбе, прижал приклад к плечу, направил ствол на людей в форме. Матерясь и угрожая расправой, велел уезжать. Пятясь, военнослужащие отошли к своей машине, развернулись, чтобы сесть в нее и тут прозвучал выстрел!

Бурмистров и Красников увидели упавшего товарища и заковырявшегося в ружье стрелка (как выяснила экспертиза, он не смог достать гильзу, чтобы зарядить следующий патрон). Красников тут же выбил оружие из рук Зайцева-старшего и повалил его на землю, а Бурмистров догнал и нейтрализовал Зайцева-младшего, который к тому времени успел спустить с цепи собаку. На отца и сына надели наручники. Но вот помочь сержанту Борису Хавлину они не смогли — от полученной раны он умер практически мгновенно. А еще через пару минут к месту преступления подоспели и полицейские.

— Мы были в этот день одеты по всей форме, как я сейчас. На нашей машине была спецраскраска военной полиции. Мы представились Зайцеву, сказали, зачем приехали, — ответил на вопрос адвоката подсудимого Жанны Востриковой Александр Бурмистров. И добавил, что когда он надевал на Зайцева-младшего наручники, его бабушка не переставала его бить.



На стадии прений гособвинитель — прокурор области Геннадий Анисимов сказал, что не нашел в действиях подсудимого никаких смягчающих его вину обстоятельств и по совокупности обвинений попросил суд приговорить Зайцева к 20 годам лишения свободы. Три первые года наказания Зайцев должен провести в тюрьме, остальное время — в ИК строгого режима. Также гособвинитель попросил суд удовлетворить гражданский иск потерпевшей, жены погибшего, предъявленный в интересах несовершеннолетнего сына.

По словам прокурора, на первых допросах Алексей Зайцев заявил, что выстрелил в военного полицейского случайно и не прицельно, но это утверждение опровергнуто данными баллистических и судебно-медицинских экспертиз. Подсудимый понимал, что перед ним стояли представители военной полиции — они были в форме, с нагрудными знаками, к дому Зайцева приехали на служебной машине со спецраскраской. «Мотивом его действий было желание оказать незаконную помощь сыну, сбежавшего с зоны СВО. Он желал смерти сотруднику военной полиции как представителю власти».

Геннадий Анисимов обратил внимание суда на то, что Алексей Зайцев вначале заявлял, что Борис Хавлин несколько раз ударил его дубинкой и что на него надевали наручники. Но эти обстоятельства, по утверждению прокурора области, надуманы, они не подтверждены другими участниками событий 19 марта.

В свою очередь, адвокат подсудимого Жанна Вострикова попросила суд проявить милость при назначении наказания ее подзащитному с учетом его возраста, состояния здоровья, желания спасти сына.

Алексей Зайцев в своем последнем слове полностью признал вину, попросил прощения за содеянное у родных Бориса Хавлина, попросил суд отправить его искупать вину кровью — на фронт.

Приговором областного суда Алексей Зайцев был признан виновным по всем статьям обвинения. Его приговорили к 20 годам лишения свободы с отбыванием первых трех лет в тюрьме, а последующих — в ИК строгого режима. Также он должен выплатить потерпевшему, несовершеннолетнему сыну погибшего Бориса Хавлина, компенсацию морального вреда в два миллиона рублей и штраф государству — в 40 тысяч рублей. Будет ли учтена просьба осужденного подписать контракт с Минобороны для участия в СВО, решит иная инстанция. Кстати, изъятые у Зайцева ружье, порох и патроны будут переданы Росгвардии.



Кстати, Алексей Зайцев в начале процесса сказал GOROD48, что его сын честно отслужил полтора года по контракту и вернулся домой, но его преследовали, настоятельно рекомендовали вернуться на службу. Но в отношении Зайцева-младшего в части, где он служил и из которой сбежал, было возбуждено уголовное дело по 337-й статье УК РФ — за самовольное оставление места службы. Задержанного 19 марта дезертира осудили по этой статье, добавив к ней покушение на посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа. По совокупности обвинений Тамбовский гарнизонный военный суд приговорил его к восьми годам строгого режима.